Фельетон.
В день местных выборов 31 октября одессит Вася пришел на свой избирательный участок, чтобы исполнить гражданский долг.
На участке почему-то не было никого, кроме членов комиссии. Вася нашёл нужный столик и протянул паспорт своей соседке, Марине Афанасьевне, которая последние несколько лет хвасталась всем в парадном «добавками к пенсии» – непыльным заработком активиста одной из крупных партий.
– А ты уже проголосовал,– недовольно буркнула она.
– Маша! Что ты говоришь! Десять часов утра, я в девять только просыпаюсь!
– Не пудри мне мозги, гражданин. Все избиратели уже расписались, получили бюллетени и проголосовали, как следует. Вот, сам погляди,– активистка сунула ему под нос список избирателей, в котором напротив его фамилии и всех остальных фамилий кто-то расписался явно одним и тем же почерком.
– Это же фальсификация! – воскликнул Вася.
– Ты ненормальный? Выступаешь, прямо как оранжевые! Покажись психиатру! – отрезала Марина Афанасьевна,– Все видели, как ты брал бюллетень. Вот и милиционер подтвердит.
«Точно! Милицию надо звать!» – подумал Вася и закричал во всю глотку:
– Милиция! Милиция!
– Что такое? Оранжевые буйствуют? – подошёл с ухмылкой милиционер.
– Вот он препятствовал работе комиссии! – ткнула пальцем активистка прямо на Васю.
– Гражданин, пройдёмте!
Милиционер взял Васю под руки и вывел с участка.
– Иди подальше отсюда, а то оштрафую за неповиновение законному распоряжению работника милиции,– сказал он, выталкивая избирателя на крыльцо.
– Но там же фальсификация!
– Иди-ка ты в суд!
– А вот и пойду!
– Ну и иди! Кивалов тебе покажет, что такое судебная реформа! Он умеет защищать своих кандидатов на выборах!
Кипя гневом, Вася отправился в суд.
У входа какой-то парень предлагал адвокатские услуги. Услышав, что Вася хочет обжаловать фальсификацию на выборах, парень сообщил, что юридическая академия подготовила бесплатный образец иска специально для таких, как он. И дал Васе этот образец.
На бланке было написано большими буквами «Я очень недоволен фальсификацией выборов», а ниже совсем крошечными буквами значилось примечание: «Отказываюсь от всех претензий и признаю победу нужного Кивалову кандидата, за которого сам проголосовал».
– А если я не буду следовать образцу? – спросил Вася.
– Судья-то в любом случае будет следовать образцу,– ответил адвокат.
– Надувательство! – воскликнул Вася.
Парень сплюнул и посмотрел на него, как на ненормального:
– Кричи потише, а то услышит Кивалов и тебе не поздоровится!
Вася обматерил адвоката, пошел в канцелярию суда, выпросил листок бумаги и написал исковое заявление по-своему. Все время он ощущал на себе какой-то колючий взгляд. Оглядевшись по сторонам, он понял, в чем дело: со стены неодобрительно зыркал портрет бывшего председателя Центральной избирательной комиссии.
Поругавшись с работницами канцелярии, он все-таки заставил их взять иск.
– Сейчас судья рассмотрит ваше заявление. Ждите,– сказали ему. Под хмурым взглядом с портрета Вася сел на скамейку и принялся ждать.
Вскоре ему выдали документ с гербом и круглой печатью, на котором было написано: «Постановление именем Сергея Кивалова (заочное)». Дальше шло много букв, из которых следовало, что фальсификации не доказаны, а если бы и были, суд не усматривает в этом нарушения прав, свобод и интересов истца. В конце сообщалось, что суд постановил отказать в удовлетворении иска.
– Что это такое – заочное решение?! – возмутился Вася.
– Понимаете, судья по вашему делу был старшего возраста. Он только недавно прошел переквалификацию в юридической академии и еще не привык судить по-новому, как того требует судебная реформа. Говорит: дескать, не могу смотреть в глаза людям, когда нарушаю их законные права. И он лично задал вопрос самому председателю комитета по правосудию, что делать в такой ситуации. На что тот ответил: «Не можешь смотреть в глаза – постановляй заочное решение, процессуальный закон это позволяет».
– Но как мне добиться справедливости?
– Лучше бы шли домой, папаша. Но если так уж хочется биться головой об стенку, обжалуйте решение в апелляционный суд.
В апелляционном суде стояла большая очередь. И все громко обсуждали, почему судьи судят не по закону.
– Проблема в том, что Высший совет юстиции начал массово лишать судейской мантии всех, кто судит по закону, а не по указке сверху,– объяснял один апеллянт.
– Старшие судьи, кто поопытнее, с честью и с совестью, не захотели быть марионетками и массово уходят на пенсию,– жаловался другой,– А вместо них приходит молодежь из юридической академии, птенцы кивалова гнезда. Для них главный закон – круговая порука и закон левого кармана!
Отвернувшись от портрета Кивалова и стараясь изо всех сил не замечать его мрачного взгляда, Вася написал апелляционную жалобу. Вскоре его вызвали на заседание.
В тесной комнатушке сидело трое судей: пацан в наушниках, который, казалось, погрузился в транс и ничего не замечал вокруг; девчонка, увлеченная манипуляциями с пудренницей; и председательствующий – бритоголовый молодчик, у которого золотая цепь на шее была вдвое толще цепочки, на которой болтался медальон с гербом, символ судейского звания.
Не успел Вася зайти, как бритоголовый заявил, что суд удаляется на совещание. Увидев, что Вася остается в комнате, секретарша объяснила, что удалиться следует как раз ему, а суд будет совещаться в комнате. Через полминуты Васю пригласили зайти и объявили, что «постановление суда первой инстанции законное, доводы апелляционной жалобы этого не опровергают», поэтому – жалоба отклонена.
На выходе из суда к нему пристал репортер с телевидения:
– Прокомментируйте справедливое решение суда!
– Я считаю, что решение вовсе не справедливое. По-моему, Кивалов всюду хочет посадить своих людей. Для этого он добивается, чтобы все судьи непременно получали образование в его юридической академии. Это очень выгодно, потому что за решение вопросов в судах будут платить ему. А на выборах кандидаты, которым он протежирует – наверняка не бесплатно – идут на любые фальсификации, будучи уверенными, что птенцы кивалова гнезда их отмажут. По-моему, это не юриспруденция, а сорняки на правовом поле! Кивалов подменяет судебную реформу теневыми схемами, которые выгодны лично ему!
– Спасибо. Вы попались!
– Что-что?
– В смысле, Вы попали в эфир…
Вечером Васю показали в новостях. И в том же выпуске новостей показали Кивалова, который утверждал, что выборы были очень честными. Такими же честными, как в 2004 году, когда он имел честь подсчитывать голоса в Центризбиркоме. «А этот Вася – он никто. И он очень неосторожно поступил, раздавая комментарии средствам массовой информации» – разорялся депутат.
На следующий день Васе пришло письмо с требованием возместить Кивалову моральный ущерб на сумму триста тысяч гривен. «Если у Вас нет таких денег, продайте квартиру. Иначе мы обратимся в суд с иском о защите чести, достоинства и большого авторитета Кивалова. Юридическая академия очень нуждается в недвижимости» – гласило письмо.
Вася отправил Кивалову почтой открытку из серии «Продукты сельского хозяйства. Хрен». На обратной стороне написал: «Дуля тебе, а не моя квартира!». Через неделю пришла повестка в суд.
Еще за дверями кабинета судьи он услышал громкий детский плач. Войдя, Вася увидел младенца в черных пеленках и секретаря, укачивающего судью в колыбели. На стене висел диплом выпускника Судейских Ясель при юридической академии.
– Но… как он принимает судебные решения?! – запинаясь, спросил Вася.
– А ему и не надо ничего принимать. Все уже приняли за него!
| Спросите!